Ситуация с топливом привела к возникновению новых операционных рисков 2026 года. Перебои с поставками бензина наблюдались в различных регионах страны, в том числе в центральной части России, Москве и Санкт-Петербурге. АЗС устанавливали ограничения, как, например, в Краснодарском крае, Дагестане, Карелии, Владимирской области, или вовсе останавливали продажу бензина, как это случилось в Крыму и Севастополе, где заправка была доступна только коммунальным службам, спецтранспорту и службам жизнеобеспечения.
Мы спросили ведущих тревел-менеджеров, как топливный ажиотаж отразился на организации деловых поездок — вырос ли чек, с какими сложностями столкнулись компании. Ответы экспертов вышли за рамки бензинового кризиса: по их словам, он лишь стал одним из факторов, усиливающих общую транспортную турбулентность — нестабильность авиасообщения из-за закрытия аэропортов и атак БПЛА, перегруженность южных авиахабов и общее подорожание перевозок.
Уже с весны мы фиксируем неконтролируемый рост цен на авиа- и железнодорожные билеты — прямое следствие атак БПЛА и вызванных ими отмен и переносов рейсов. На этом фоне сотрудники всё чаще отказываются от перелётов (в том числе на дальние расстояния) в пользу поездов, что дополнительно увеличивает спрос и цены на железнодорожные билеты. Топливный кризис лишь усугубляет и без того непростую ситуацию.
Особенно отчётливо динамика видна на фоне внутренних лимитов компании. В начале года мы впервые установили их не только на размещение, но и на билеты, рассчитав средние показатели по 20 ключевым направлениям (в том числе международным). При планировании заложили процент на инфляцию и удорожание услуг. Если ещё в январе и феврале удавалось бронировать билеты в рамках лимитов (иногда даже оставался запас по стоимости), то сейчас всё чаще возникают перелимиты с кодом причины «нет мест в лимитной стоимости».
Для минимизации расходов мы скорректировали подход к бронированию:
- Отказались от автоматического оформления возвратных билетов с багажом: для коротких командировок на отдельных направлениях это позволяет сэкономить до 10-12 тысяч рублей;
- увеличили глубину бронирования: стараемся получать информацию о планируемых командировках как можно раньше. Сотрудники осознают сложность ситуации и стали оперативнее подавать данные о бизнес-путешествиях.
Мы видим подорожание услуг такси и увеличение времени ожидания машины — здесь сработал классический механизм рынка. На тарифы давит рост цен на топливо — значительная часть затрат перевозчиков уходит на бензин. Вероятно, при снижении доходности на линию выходит меньше водителей.
Также ощущается рост бронирований билетов на поезда. Пассажиры всё чаще выбирают железную дорогу, стремясь минимизировать риски срыва командировки. Такая тенденция во многом связана с неопределённостью в авиасообщении — на фоне задержек рейсов и закрытия аэропортов поездки на поезде воспринимаются как более предсказуемый вариант.
Ещё мы видим падение туристического спроса на Сочи и Краснодарский край. Думаю, дело в сложной и дорогой логистике: закрытие большинства южных аэропортов превратило Сочи в единственный работающий авиахаб региона, что перегрузило инфраструктуру и привело к резкому удорожанию авиабилетов, в том числе для корпоративного сегмента.
Рыночная динамика цен на нефтепродукты, безусловно, сказывается на бюджете любой поездки. Увеличение стоимости транспортных услуг (такси, аэропортовые трансферы) напрямую отражается на итоговых сметах.
Для нас это влияние остаётся умеренным, так как внутри Группы компаний передвижение сотрудников в командировках на личных автомобилях не практикуется. Это сознательное решение, основанное на двух ключевых аспектах: обеспечении максимальной безопасности персонала и минимизации административной нагрузки, связанной с оформлением большого числа сопутствующих документов.
В условиях жёсткой экономии бюджета в 2026 году мы смещаем фокус с тактического снижения цены одной поездки на стратегическое управление частотой командировок. Нашим приоритетом становится не экономия на сервисе, а сокращение самого количества выездов за счёт более глубокого предварительного планирования, консолидации визитов и активного использования видео-конференц-связи там, где личное присутствие не обязательно.
Июнь стал рекордным месяцем по количеству командировок и сопутствующим им расходам, июль также сохраняет высокую активность. Заметно, что выросли цены на авиаперевозки, но это не снижает объём заявок — плановый и финансовый отделы пока не ограничивают командировки.
На нас больше влияет ситуация с аэропортами и их временными закрытиями. В связи с этим мы активнее используем железнодорожные перевозки, подбираем стыковочные авиамаршруты в обход Москвы и Санкт-Петербурга, а также формируем комбинированные маршруты (ЖД + авиа), где основной отрезок пути приходится на поезд.
Наш опыт — партнёрский и личный — показывает: топливные ограничения негативно влияют не только на повседневную жизнь, но и на бизнес-тревел.
По рассказам коллег из разных регионов, сейчас ситуация понемногу стабилизируется: топливо есть, иногда даже без ограничений на объём. Но придётся потратить гораздо больше времени на поиск заправки и ожидание в очереди. В итоге обычная командировка на личном автомобиле становится более трудозатратной и стрессовой. Ещё пару недель назад коллега из СФО рассказывал, что ему пришлось заправляться за наличные на частной АЗС — все ближайшие станции были пусты.
В компании пока нет глобального сокращения автомобильных поездок: специфика работы сотрудников в регионах предполагает оперативные разъезды с оборудованием и материалами, поэтому перейти на общественный транспорт не получится. Сейчас мы прорабатываем решения, которые позволят сохранить работникам уровень комфорта в командировках и при этом соблюсти все требования законодательства.
У нас был случай, когда таксист отказался выполнять междугороднюю поездку по причине сложностей с заправкой автомобиля, и у коллег возникли трудности с переездом. Замену водителю искали 1,5 часа. Такие эпизоды демонстрируют, как локальные проблемы с топливом могут напрямую срывать логистику или серьёзно её усложнять.
Также некоторые тревел-менеджеры признались редакции BBT.news, что не проводили системного анализа влияния топливного кризиса на командировки: он только начался, а большинство запланированных поездок ещё не состоялось.
Один из экспертов, попросивший не называть своего имени, поделился, что теперь слетать на бизнес-форум — «уже роскошь, а в командировки отправляют только по экстраважным поводам». По его наблюдениям, топливный кризис усиливает общий тренд на подорожание всего вокруг.
Другими словами, ситуация с нехваткой топлива не столько запускает единые для рынка сценарии, сколько усиливает уже существующие проблемы — от нестабильности авиасообщения до роста издержек. Компании реагируют ситуативно: пересматривают маршруты, ужесточают лимиты, комбинируют виды транспорта и смещают фокус на стратегическое управление частотой поездок. Однако за этими ситуативными мерами прослеживается более важное изменение: кризис окончательно переводит вопрос из плоскости «цены билета» в плоскость риск-менеджмента всей командировочной цепочки. Решающим фактором становится не стоимость рейса, а предсказуемость каждого звена — и именно способность выстраивать управляемую, просчитываемую систему деловых поездок превращается в ключевое условие устойчивости корпоративных тревел-программ.
Подготовили Мария Коваль и Марина Осипова
